Но тут проблема в том, что с этих стран кроме, возможно, политического, пиаровского эффекта ничего не возьмешь. А так да: смотрите, у нас международная жизнь бьет ключом.
«Непонятно, что можно взять с КНДР. Занозой у режима сидит желание склеить разбитые горшки в отношениях с Европой»
Аналитик в экспресс-комментарии «Салідарнасці» — о визите главы МИД Беларуси в КНДР.
— Полагаю, это попытка выстроить какую-то новую многовекторность в тех условиях, когда практически потерян западный вектор, потерян украинский вектор, — сказал «Салідарнасці» Александр Класковский, политический аналитик информационного агентства Позірк, комментируя визит Рыженкова в Северную Корею. — В сентябре прошлого года Лукашенко во время переговоров в Сочи с Путиным, который накануне встречался с Ким Чен Ыном, сам напрашивался в их компанию.
![](/uploads/2022/10/klaskouski.jpg)
Надо думать, КНДР — это не импульсивное решение, а осознанный курс. Минск в принципе сейчас делает ставку на страны так называемого Глобального Юга или дальней дуги.
Вон Головченко недавно съездил по странам Латинской Америки, в Венесуэлу, Никарагуа и на Кубу, но даже он не смог скрыть в своих отчетах неплатежеспособность этих партнеров. Если речь идет о поставках беларусской техники, то это обязательно или в кредит, или взамен за бананы-апельсины.
Понятно, что такие государства, тоже с недемократическими режимами, к Минску в политическом плане претензий не предъявляют, и Лукашенко и его подчиненные чувствуют себя там комфортно. Но больших экономических перспектив подобные визиты не сулят по причине бедности.
То же можно сказать и насчет Северной Кореи. Если Путину понадобились хотя бы их снаряды, то в случае Беларуси вообще непонятно, что можно с них взять.
— Вы сказали про пиаровский эффект, но это все-таки Северная Корея, которая для всего мира давно стала именем нарицательным. Какой же здесь пиар?
— В плане имиджа официальному Минску стесняться уже нечего. Все, что можно было потерять в этом плане, он уже потерял. Это еще до 2020 года Лукашенко пытался вести себя пристойно. Но теперь ситуация качественно иная.
Я бы не придавал особого эпохального значения данному визиту. То же недавнее вступление в ШОС в плане международных отношений было гораздо более важным событием.
Здесь еще можно учесть, что Лукашенко уделяет большое значение китайскому вектору, а Северная Корея, по сути, сателлит Китая, точно так же, как Беларусь — сателлит России.
Но, повторю, не думаю, что за счет КНДР планируется совершить какие-то исторические прорывы. Просто новый глава МИД демонстрирует большую активность. Он и в Китай недавно слетал, и даже полякам выдвигает предложения, другое дело, насколько они конструктивны и искренни.
Новый глава МИД старается по всем векторам придать какую-то динамику. И как бы власти не хорохорились насчет новой «многовекторности», все равно и Лукашенко, и Рыженков твердят про западный вектор.
Мы видим, что Лукашенко выпустил некоторых политзаключенных. Сукало сказал, что, возможно, помилование политзаключенных продолжится. На днях объявили безвиз для стран Европы. На последнем совещании по промышленности Лукашенко сказал: дальняя дуга – хорошо, но давайте не забывать о ЕС.
То есть мечтают власти все равно об этом направлении. Но теперь туда слишком высок барьер для входа, слишком подорвано доверие.
— Поэтому власти, можно сказать, довольствуются тем, что доступно?
— Да, буквально как в песне Высоцкого: «И я лечу туда, где принимают». Едут больше за психологической компенсацией: дескать, все-таки мы не изгои.
Хотя в случае с Северной Кореей получается, что подобное тянется к подобному. Это действительно полная потеря имиджа, когда начинается сотрудничество с такими одиозными режимами.
Но занозой-то все равно сидит желание как-то склеить разбитые горшки в отношениях с Европой.
Оцените статью
1 2 3 4 5Читайте еще
Избранное