Шрайбман: «В мире разрушенной трансатлантической солидарности Путину чувствовать себя будет намного проще»

— В том, что произошло в Венесуэле, проблема не в мотивации Трампа. Основная проблема в том, к чему это может привести, — рассуждает Артем Шрайбман на канале Часики тикают. — Трамп почувствовал, как у него классно и легко это получилось, и мы видим, что они активизировали разговоры о Гренландии и о Колумбии.

Они ловят кураж, поймали кураж во внутренней политике, где делают много дичи, если посмотреть на то, что они делают с институтами в США. И вот во внешней политике, с военной точки зрения, у них получилась такая суперуспешная спецоперация.

При этом Трамп не говорит своим сторонникам, что мы не будем никуда вмешиваться, он говорит, что мы не будем нигде оставлять свои войска, не будем, как мои предшественники, менять режимы, строить демократии.

Будем только наносить какие-то точечные удары по Ирану, по Венесуэле, по африканским странам он бьет, бомбит исламистов. Все это полностью вписывается в его концепцию.

Ему нравится преподносить своим сторонникам, что мы не пошли туда, а сделали все хирургически. Но такие точечные моментальные интервенции не решают не только проблему нефти, но и смены режима.

В Венесуэле пока тот же режим. В Газе они собирались устранять Хамас, сделка давно подписана. С Украиной подписали соглашение по редкоземельным металлам — много их выкопали?

Администрация Трампа очень хорошо анонсирует: твит сделан — а дальше мы проект забыли. Но это все вторично. Для меня первично то, что теперь администрация Трампа ловит этот геополитический кураж и начинает вести себя как слон в посудной лавке.

Шрайбман высказывает опасения о том, что уничтоженное международное право может нанести вред не только в Латинской Америке, где Трамп «взялся наводить порядок», но и в Европе.

— Мы подошли к основному страху, когда будет хуже всем — и Америке тоже. Как почувствует себя Украина в этой ситуации? Как почувствует себя НАТО в этой ситуации? Как почувствует себя Евросоюз, оставшийся один на один с Россией и Китаем?

Боюсь, что администрация Трампа думает, поскольку у них есть сила, которая им позволяет сейчас диктовать венесуэльской власти все, что они хотят, эта же сила позволит им проскочить и все остальные спорные моменты.

И Европа угомонится, потому что у нее нет выбора и потому что она будет заинтересована высказать озабоченность и все проглотить, чтобы через месяц вернуться к бизнесу as usual.

И Колумбия, в которой мы следующей сменим власть, или Куба, все проглотят, потому что мы сильные.

Боюсь, что такое ковбойское головокружение от успехов, которые ловит эта администрация, может привести к битью посуды в регионах, которые для нас уже куда более важны, чем Венесуэла.

Это разрушает единство, это разрушает НАТО. Даже если все не произойдет так, как я описываю, сознательно драматизируя, но какой сигнал такое поведение США шлет России и Китаю?

Сигнал о том, что США всерьез говорили про свое полушарие, что занимаются только им и не вмешиваются в дела на другом полушарии, что это действительно их позиция.

А раз Трамп больше о Европе не заботится, то можно другим попробовать что-нибудь, чего не пробовали раньше. Я не говорю, что это отмашка Путину и Си Цзиньпиню послезавтра начинать те войны, которые они откладывали.

Я хочу сказать о последующих шагах. Если завтра из-за этого наступает тотальный раскол в отношениях между Европой и США, то Европа остается незащищенной.

В реальности, в которой Трамп доводит до конца то, что он называет Доктриной Монро, следующими шагами может стать решение остальных вопросов на кураже: в Кубе, в Колумбии, возможно, в Бразилии, где слишком левый президент.

Не обязательно свергать, можно задавить тарифами. Можно и Канаду доконать торговыми переговорами.

Все это разрушает солидарность или союз между Европой и США.

И мои главные опасения про следующий шаг — в мире разрушенной трансатлантической солидарности Путину чувствовать себя будет намного проще.