Фридман: «Схемы, на которые, видимо, рассчитывали Коул и Лукашенко, на данный момент не работают»

Александр Лукашенко недавно вернулся из длительной командировки. После ультиматума Зеленского он отправился в Россию, а затем посетил также Китай, Индонезию и Мьянму. В то же время о прогрессе в отношениях с США пока не слышно, а украинские власти довольно резко высказываются в адрес беларуского правителя.

Как сейчас выглядит международная ситуация для Минска? Поговорили об этом с политическим обозревателем Александром Фридманом.

— Поездка в Россию была вынужденная и была связана с ультиматумом Зеленского. Прежде всего там обсуждалась война в Украине, думаю, Лукашенко отбивался от российских попыток втянуть Беларусь в войну, — говорит Александр Фридман в комментарии «Филину». — Что касается Китая — Лукашенко регулярно туда ездит, но сейчас это была важная политическая для него поездка.

Он услышал от Си Цзиньпиня слова поддержки суверенитета, независимости и территориальной целостности Беларуси. Это самое идеальное, что он мог услышать в тот момент от китайских руководителей. Но особенно важно для него было, думаю, присутствовать на вручении диплома сыну.

Индонезия — это экономическое направление, страна с большим потенциалом. Лукашенко рассчитывает на экономическое сотрудничество. Ну а Мьянма — это, прежде всего, альянс диктаторов. Визит туда был очень коротким. Сам Лукашенко сказал: я же находился в этом регионе, не мог не посетить.

После этого всего ему было важно вернуться в страну к 3 июля. Но, видимо, поездка оказалась такой тяжелой, что сил на мероприятия к 3 июля уже не хватило.

— А что насчет отношений с США? Еще недавно мы наблюдали за развитием этих отношений: обсуждался калийный вопрос, а, по словам Лукашенко, Трамп даже приглашал его во Флориду. Почему сейчас все затихло?

— Сейчас неудачная конъюнктура, что связано с тем, как идет война в Украине — нет никаких мирных переговоров. Отношения между США и Россией, от которых очень зависят отношения между Беларусью и США, тоже, мягко говоря, сейчас не прогрессируют.

Кроме того, схемы, на которые, видимо, рассчитывали Коул и Лукашенко — а именно, что удастся реализовать транзит беларуских калийных удобрений через американских посредников дальше Европы и на этом зарабатывать, на данный момент не работают. Нет выхода на те самые большие сделки, о которых ранее говорили. Поэтому ничего публично сейчас не происходит.

Но это не значит, что за кулисами не идет работа. У меня нет ощущения, что это направление снято с повестки дня. Просто сейчас для этого, повторюсь, неудачная конъюнктура. Могу допустить, что через какое-то время визит состоится, будет новая сделка, а значит и освобождение политзаключенных.

— Как на режим Лукашенко может повлиять украинский фактор? Мы видим, что украинские власти довольно резко в последнее время высказываются в адрес беларуского правителя.

— Лукашенко в эти дни продемонстрировал, что не хочет эскалации, что боится конфликтов с Украиной и переноса войны на территорию Беларуси. Он хотел бы минимизировать участие Беларуси в войне, поэтому и действует предельно осторожно. Украинская сторона видит эту слабину, а дальше зависит от того, насколько действия России на территории Беларуси будут вредить украинским интересам. Будет дальнейшая эскалация — будут соответствующие заявления со стороны Киева, возможно, новый ультиматум.

Буданов открытым текстом говорит, что Лукашенко воевать не хочет. Он им дал это понять. Но там не все зависит от Лукашенко — другие люди решают, до какой степени Беларусь может быть втянута в эту войну. Если Россия будет втягивать Беларусь, возможно, будут более резкие действия со стороны Украины. Эта ситуация динамичная и ничего не закончено.

Если описывать международную ситуацию в целом, то Фридман отмечает: сейчас она очень нестабильна и противоречива, а конфигурация на будущее пока только вырабатывается. 

— Есть масса конфликтов по всему миру с множеством игроков, которые в них участвуют. Когда идут такие конфликты, мир находится в состоянии нестабильности. Это то состояние, которое, как подчеркивает Лукашенко, надо постараться пережить, чтобы не подставиться и не попасть под раздачу. В такой ситуации у тебя есть шансы.

Если бы не было войны в Украине или не было желания США в прошлом году эту войну урегулировать, не было бы никаких контактов между Минском и Вашингтоном. Это своего рода шанс. Им можно воспользоваться, но одновременно с этим есть серьезные риски.

Главный для Беларуси — риск прифронтового государства, причем главный партнер и союзник Беларуси в виде России идет на эскалацию этой войны.

Выходит, что рисков здесь гораздо больше. Поэтому и заявления Лукашенко, когда он говорит, что никого не пошлет на бойню и т.д., показывают, что он видит риски и проблемы.