«Никакие уважаемые люди не могут напугать Путина больше, чем он напугал себя сам»

— В субботу президент Токаев сказал Путину, что с войной надо уже как-то завязать. Справедливости ради, Токаев путинскую войну и раньше не одобрял.

Что, конечно, не мешало ему на Путине зарабатывать. Но раньше говорить такое Путину в глаза и при всех он все-таки себе не позволял. А в этот раз позволил.

Потому что в этот раз президент Токаев говорил не от себя. Ну, по крайней мере не только от себя. Как он сказал: «Люди знают о нашей встрече, просили передать, как выйти из ситуации».

Что конкретно за люди просили передать, Токаев не уточнил. Но, как я понимаю, люди были очень уважаемые. Потому что от не очень уважаемых людей Токаев ничего передавать бы не стал. А раз передал, значит люди были очень уважаемые.

То есть суть конкретно в чем? Суть в том, что пацаны интересуются. Пацанам все это не нравится. Пацаны не понимают, чё за дела. Пацаны думают, что, чувак, ты облажался. Поэтому пацаны просили передать, что пора уже как-то завязывать. При всем, как говорится, уважении.

И Путин, конечно, тоже сразу понял, что люди были очень уважаемые. Поэтому в моменте потерял дар речи. Даже не вспомнил про печенегов. Вместо Путина на предложение президента Токаева ответил путинский Песков.

Сказал, что пацаны, наверное, просто не в курсе. Потому что может быть, мы плохо объясняем про то, как Путин каждый день наступает в бункере по всем направлениям. А невооруженным глазом это наступление по всем направлением не сразу бросается в глаза.

Поэтому, надо просто лучше объяснять. Как говорится «с удвоенной энергий рассказывать о первопричинах». А с войной завязывать не надо. Потому что это совершенно невозможно. Потому что, как сказал буквально вчера сам Путин, если он завяжет с войной, ему же будет нечем потом заняться.

И в этом, как я подозреваю, причина, по которой Путин опять послал очень уважаемых людей к печенегам. Потому что война для Путина — это уже не просто стиль жизни. Это его единственный способ выживания.

Если внезапно завязать с войной, то потом надо будет объяснять: «а что это вообще такое было?». И объяснять не президенту Токаеву. И даже не «очень уважаемым» людям, от которых президент Токаев передавал привет.

Объяснять надо будет семистам тысячам недобитых в мясных штурмах ветеранов. По крайней мере, как я понимаю, именно так Путин сам представляет себе послевоенное урегулирование.

Поэтому Путин не может позволить себе завязать. Даже если его будут просить об этом самые уважаемые люди. Потому что никакие уважаемые люди не могут напугать Путина больше, чем он напугал себя сам.

Ну или надо просто пугать убедительнее. Не сдерживая себя дипломатическими политесами.